Газета «Надежда»

Фарид БАХТИОЗИН: «Не будет бизнеса – все остановится»

Депутат областного маслихата, председатель Совета директоров АО «Конденсат»  Фарид Бахтиозин  убежден: в кризисной ситуации малый и средний бизнес (МСБ), спасет программа, предложенная Нурсултаном  Назарбаевым — экономика простых вещей.  Но чтобы реализовать идею — насытить внутренний рынок отечественными товарами и услугами, которые не всегда требуют больших капиталовложений и сложных технологий, а еще и повысить конкурентоспособность обрабатывающей промышленности, нужно кардинально поменять государственное  отношение к бизнесу.  
Как это произойдет и какую пользу получит государство и бизнес «Н» обсудила в беседе  с депутатом.
Бизнес-компас
— Фарид Наильевич, на Ваш взгляд, помимо сегодняшнего кризиса, что мешает малому и среднему бизнесу оседлать идею экономики простых вещей и рвануть в счастливое будущее?
— Идея экономики простых вещей заключается в том, что мы должны стать экономически независимыми, научившись все делать сами. В первую очередь — это может стать источником дохода для каждого гражданина.  Во вторую – будет обеспечена  экономическая  безопасность государства. Конечно, сразу возникает вопрос: что для этого нужно сделать? Первыми ласточками в этом деле могут быть — выдача земельных участков, финансовая поддержка …
— И тут сразу спотыкаемся о проблему дефицита земельных участков под бизнес…
— Да, конкурсы на аренду или покупку земельных участков должны проходить если не еженедельно, то ежемесячно —  бизнесу должны предлагаться не десятки, а сотни участков, и каждый предприниматель должен иметь возможность оценить их.  И это должны быть участки не только в промышленной зоне, но и в черте города.  Необходимо  живое предложение. Не потому, что кто-то просит сейчас,  а потому, что тема должна выдвигаться государством постоянно.  Идея экономики простых вещей — для нас это, если хотите, панацея. Нужно добиваться, чтобы местные компании максимально были загружены, постоянно двигались вперед, а для людей, которые мечтают о  создании своего бизнеса, были видны возможности для своего становления.
 — Но, наверное, для этого нужны еще и новые идеи?
— Только в одном областном центре масса бизнес-тем – детские и  спортивные  площадки, мебель для школ и больниц, проблема дефицита контейнеров и мусорных территорий.  Есть целый список потребностей для города на этот, следующий, на будущие годы. Власть может об этом открыто сказать, провести конкурсы, поставить перед бизнесом долгосрочные задачи. Например, город ежегодно использует, к примеру, не менее тысячи новых мусорных контейнеров. Почему бы не наладить их производство тут? Детские дворовые площадки  — всегда нужны. Их привозят из других стран, в лучшем случае из других регионов страны. Или взять спортивные воркауты.  Можно найти оптимальные решения и многие  уральские  заводы смогут получить такой госзаказ и наладить серийное производство уличных тренажеров  — дешево и качественно, чтобы это было доступно для местного потребителя. Таким образом, мы снижаем себестоимость этого производства и загружаем местных производителей.  Тот же «Зенит», «Агрореммаш»,  другие заводы  – любой из них сможет наладить их выпуск.
Если посредством конкурса, добиться себестоимости производства  спортивных или детских площадок в пределах одного миллиона  тенге, то в несколько раз больше можно обустроить таких площадок по всей области.  Если не ошибаюсь, их стоимость варьирует от трех до семи миллионов.  А сегодня каждый подрядчик, выиграв тендер, ищет свою детскую площадку в городах Нур-Султан, Алматы или в Самаре.
— Получается,  в большей мере успех того или иного  бизнеса  все равно зависит от государства?
— Не только. Тут невозможно за кого-то работать —  нужно, чтобы все стороны были активны.  Акимат — вести работу по выдаче земель. Организовывать ежемесячные тендеры, на  которых предлагать не  7-10 участков,  а  50 или 100. В период карантина, в селах эта работа вообще почему-то остановлена. Тут же нужно создать предложение и многие заинтересуются и придут за заказом.  Люди не решаются потому, что  все понимают – это практические недосягаемый вопрос.  Органам власти нужно говорить — какие есть потребности, и в каких сферах. Детские площадки, контейнеры,  бордюры, брусчатка.  Все априори подразумевают, что спрос будет, а какой конкретно, никто не знает — будут ли строить дороги,  тротуары,  обновлять скверы? Бизнес должен знать — что в ближайшие годы построят, к примеру: десять школ, пять больниц и поэтому нужны будут парты, стулья и т.п.  А предприниматели сами сориентируются. Тут нужно только подсказать — куда двигаться и какое производство открывать.  Нужен госзаказ и ориентир. Также необходимо взаимодействие  с Палатой  предпринимателей  — для реального обмена информацией и задачами. Иногда  многие государственные управленцы, администраторы тех или иных программ видят, как можно реально загрузить заказами то или иное местное производство,  но боятся инициативы, чтобы не оказаться обвиненными в коррупции. Это тоже перегиб, который мешает работе. Но иногда за бездействием скрывается и полное безразличие. По обращениям людей я вижу, что  зачастую работа предпринимателей и контролирующих органов, разделена как бы на два лагеря — обязательно один за другим «гоняется» . А должен быть бег в одном направлении.
О правилах игры 
— …В экономике простых вещей масса плюсов. Думаю, красной нитью везде должно проходить – от развития бизнеса  зависит благосостояние страны и каждого гражданина.  Первична экономика — она открывает двери всему остальному.  Нужно всем изменить свое сознание и  постоянно создавать лучшие условия для бизнеса. Если  это вопрос земли, то ее нужно много.  Если мы говорим о финансировании, то льготное  кредитование МСБ должно быть полностью обеспечено и доступно.
.—  А все, зачастую, упирается в дефицит оборотных средств, о чем часто говорят предприниматели…
— Бесспорно. Но важно, чтобы не менялись правила игры. Если компания села в какую-то лодку проекта, приняв предложенные государством условия, взяв кредиты, а государство взяло на себя обязательства поддерживать бизнесмена – субсидировать, например, процентную ставку кредита или софинансировать проект, то оно должно довести это до конца. А у нас получается как? Бывают задержки в субсидировании и бизнесмен ищет  оборотные средства для закрытия  дыры.  Или пример ТОО «Батыс Пауэр», который взялся за проект строительства новой электростанции.  Из-за того, что кредит ТОО был долларовым, а затем произошла девальвация, сумма банковского займа превысила лимит государственного субсидирования, который  вдобавок, ко всему еще, и сократили.  И проект ТОО исключили из госпрограммы, как несоответствующий критериям.  Это нечестные правила игры. Таких вещей вообще не должно быть. С другой стороны важно отметить и признать – что делается тоже очень многое, упрощается законодательство, вводятся моратории, разрабатываются программы финансирования МСБ и с каждым годом увеличиваются их объемы.
— Но все-таки проблемы остаются. Почему?
— К сожалению, не у всех госорганов есть полное понимание, что именно бизнес дает основу всему развитию экономики — уплате налогов, строительству школ, возможностям здравоохранения и т.д.  На все это денежные ресурсы берутся из бизнеса, работающего бизнеса! Иногда мне говорят, что на реализацию той или иной госпрограммы деньги поступили из  республики, точнее  республиканского бюджета, но это же не подарок Бога, это те же налоги с бизнеса, которые уплачиваются не в местный, а республиканский бюджет. Это корпоративный подоходный налог, НДС. Не будет бизнеса – все остановится. К сожалению, бывают и другие крайности. Например, сейчас я вижу, работая на площадке «Атамекен» и с избирателями,  что многие проблемы находятся в плоскости их «выдумывания».  Тебе оформили непрерывно поступающий товар по одному счету за месяц, но говорят, что нужно тридцать счетов — за каждый день. И Закон  это допускает. Для суммы налога, подлежащего оплате ничего не меняется (он вообще уплачивается раз в квартал!), но проблема создана. Или,  есть мнение, что если в здании находится мебель, то ее тоже можно считать… зданием. Для чего? Оказывается, чтобы доначислить налог на имущество. Это тоже неправильно, когда специально  в законодательстве ищется запятая, что бы поставить вопрос с ног на голову. У госорганов должно поменяться отношение к бизнесу. Мы не стоим по разные стороны реки, на разных берегах — мы в одной лодке и от успеха каждого зависит общий успех.
— Помогает ли ваш производственный опыт в депутатской работе? 
— Работа депутата состоит из двух частей. Это обязанности, которые прописаны в законодательстве – через участие в сессии, где рассматриваются вопросы, отнесенные к компетенции маслихата. Это и работа  в комиссиях маслихата. Важнейшими документами, с которыми  мы работаем, это Программа  развития области, в  которой определены все направления развития  и зафиксированы количественные показатели  для  их достижения (это и уровень преступности, газофикации,  строительства жилья, и многие, многие направления жизни и работы области как административной единицы)  и, безусловно, бюджет  области, который мы утверждаем,  включая вносимые в него изменения.  Эти вопросы схожи с принципами работы любого  предприятия — есть цели, задачи и есть бюджет для их реализации. От состояния и уровня развития бизнеса зависит и как  сформируются поступления денег в бюджет — налоги, сборы и пр.. Расходы  определены из потребностей и их всегда больше.  Они  состоят из представленных акиматом свода заявок на финансирование тех или иных программ и мероприятий.  Не менее 80% из них это реально текущие расходы на образование, здравоохранение, правопорядок и прочие социальные нужды — оплата труда, расходы на содержание объектов, текущий ремонт и  пр.. Алгоритм этой системы отработан и изменяется только поправок в законодательстве.  Особенно активно рассматриваются вопросы строительства  и  капитального ремонта объектов, дорог  и прочих капитальных затрат. Тут бывают дебаты, предложения. Они  происходят на комиссиях, где представлены все госструктуры и управления. Там работа строится путем прямого диалога, заслушивания пояснений, и сразу же  формируются рекомендации по текущим вопросам, а также  пожелания, которые необходимо учесть в следующий раз. Из-за  множества  вопросов споры возникают и по первоочередности  тех или иных  расходов, золотую середину найти не просто, но мы стремимся к этому. Кроме того, важна оценка эффективности расходов и это тоже постоянный  предмет обсуждений.
Доля МСБ в экономике всего 30% 
 — Какой второй блок работы в депутатской миссии?
— Обращения людей. Это уже конкретные проблемы, которые просят решить. Тут я  хотел бы отдельно отметить положительные изменения  всех  последних лет. У меня второй срок депутатства и прежде, почти каждый месяц, я сталкивался с проблемами избирателей, которые требовали реального и порой незамедлительного вмешательства. Мы вместе  ходили  в тот или иной орган, что бы найти решение проблемы. Это вопросы инвалидов, или граждан, попавших в  тяжелую ситуацию, это и вывоз снега и мусора… Но сегодня таких обращений гораздо меньше. Госорганы стали реально доступнее. Многое делается.  Но у нас все равно остаются вопросы дорог, освещения, вывоза мусора. Я как депутат областного маслихата взаимодействую с акиматами, пишу депутатские запросы, письма и т.п.  Другой вопрос — добиться решения проблемы быстро. Если это освещение, то в этом году можно добиться только разработки проекта, и то, к сожалению, не всегда,  а в последующем — его финансирования. В СОШ № 43 текла крыша. Там вообще-то нужен капремонт,  но выделили средства только  на крышу.  Школе почти 80 лет и нужно  находить решения дальше.  Несколько лет добиваюсь благоустройства  СОШ № 40. Ее отремонтировали, а дворовую часть не сделали. Добились пока разработки проекта благоустройства двора. Много просьб от родителей средней школы №13 сделать подъездную дорогу к школе. А речь идет всего о 50 метрах асфальта! Требует капитального ремонта школа №17. Эти вопросы обсуждались в июне,  в акимате города с участием  областных и городских депутатов. У всех есть  понимание необходимости решения этих вопросов, нужны средства. Думаю, теперь настало время всем держать слово.
— Вы с коллегами организовали уроки профориентации в старших классах средних школ. Что Вы выносите из общения с детьми? Современные дети Вас слышат?
— Когда мы приходим в классы и задаем ребятам вопросы: какие профессии вам нравятся и куда вы хотите устроиться  работать, то я реально понимаю —  у них есть потребность к такому общению, к такой информации.  С другой стороны, принимая людей на работу — инженера или другого специалиста, мы видим, что человек, получив высшее образование, порой даже не понимает, что входит в круг его профессиональных обязанностей. Это две разные вещи: школьник-выпускник и выпускник вуза. Это небо и земля. Я понял, что сегодня, выбирая профессию, дети не всегда  интересуются какую нагрузку-интеллектуальную, физическую, она несет. Что именно он будет делать всю свою жизнь? На выбор влияют родители, родственники, учителя, стоимость обучения — где дешевле или, наоборот, дороже, престижнее или моднее. А ведь важно понимать: для чего тебе эта профессия нужна, будет ли она тебе интересна всегда? Потому что, если тебе это интересно, ты обязательно будешь  делать свое дело с любовью, а это очень важно. Цель этих встреч раскрыть круг обязанностей сложных, но интересных специальностей нефтегазовой сферы и увлечь ребят этой профессией.
— Как Вы считаете, насколько эффективна  работа Палаты предпринимателей «Атамекен»? Как там строится диалог с представителями бизнеса?
— Чтоб  усилить переговорную силу бизнеса с правительством и госорганами Палата, надо отметить, проводит огромную работу — это консультации, обучение, вплоть до участия в разработке и реализации госпрограмм. Специальные комиссии, рабочие группы, ассоциаций при Палате предпринимателей создаются для глубокого обсуждения вопросов в разных сферах, для консолидации мнений предпринимателей. Они участвуют в процессе формирования законодательных и иных нормативных правил работы бизнеса, вносят предложения.  Каждый может обратиться в Палату с вопросами всех сфер экономики. Вовлеченность предпринимателей в процесс формирования законов стимулирует снижение административных и других барьеров, препятствующих развитию их бизнеса. Палата предпринимателей сегодня является главной  организаций, представляющей и защищающей интересы бизнеса в стране.
— Сейчас  объявлены выборы в состав Регионального совета Палаты. Это происходит впервые. Вы планируете участвовать в них?
— Да, я планирую принять участие в выборах. Мои коллеги из  АО «Конденсат» выдвинули меня кандидатом в состав Совета. Надеюсь, мой опыт и знания будут полезны. Главное, мы сможем объединить усилия для развития экономики  региона.
— Возвращаясь к теме экономики простых вещей, нужно заметить, что для развития бизнеса  разработано много программ, но они порой сложны в сборе документов, возникает  и такая серьезная проблема, как недостаток залогового имущества. Какой тут выход?
— Тут надо рисковать. Если говорить  о  выдаче грантов,  однозначно нужно увеличивать их количество. Люди, подавая документы на конкурс, имеют четкие представления: что они хотят,  и как  хотят этого добиться.  Залог на селе — сегодня это, увы, почти непреодолимая задача. На мой взгляд, нехватку залогов нужно заменять, моральными обязательствами, долговой распиской.  Если взял грант или кредит и не отработал его, не сделал что обещал, то  могут быть использованы другие  ограничения. Например, запрет просить земельный участок в течение, например,  пяти лет или что-то подобное. Нас же не окружают  поголовные жулики, которые  хотят обманным  путем получить деньги. Это простые граждане, которые  хотят обеспечить работой и  достатком себя  и свою семью.  Необходимо создавать более простые условия для бизнеса и в первую очередь финансовые. Бизнес должен  развиваться свободно. Я думаю, стоит попробовать все это, предварительно грамотно организовав.
В целом я говорю о тех людях, которые действительно хотят работать, но им нужна небольшая поддержка на старте.  В любой экономике доля МСБ составляет больше половины,  а в некоторых странах 95%. У нас же пока около 30%.  А иждивенческий подход, который порой присутствует у наших граждан, я не поддерживаю.
— А как быть с рынком сбыта, ведь другие страны свои рынки открывают неохотно? Взять завод «Кублей», который был вынужден ограничить объемы  продаж своей продукции в Россию. У нас даже регионы внутри страны не всегда пускают бизнесменов из соседних областей.    
— Понятно, что выживает сильнейший. Тут вопрос в другом.  На наших прилавках самая распространенная продукция, из пищевых – российская.  В Казахстане и России разные системы налогообложения.  По рыбным консервам  у них упрощенное налогообложение и себестоимость  их продукции, однозначно, будет дешевле кублеевской. Эти вопросы  нужно регулировать. Мы все равно должны создавать на любые потребности свое собственное производство. И защищать его.  Мы вошли в ВТО, мы дружим со всеми,  но через систему противовесов все равно необходимо создавать условия, чтобы казахстанский МСБ развивался быстрее. «Кублей» нашел выход и ушел в Азию, на другие рынки и темпы производства не снизил. Если бы в Казахстане некому было продавать, он бы закрылся. Это не единственный пример. В Казахстане, к сожалению, доминирует российская аналогичная продукция и для отечественного бизнеса  защиты нет. Даже ситуация с пандемией коронавируса показывает нам путь к экономике простых вещей — нужно покрывать все потребности внутреннего рынка своими товарами, создавая условия для бизнеса на местах — будь то производство масок или парацетамола. Это даст импульс региональной экономике, и в целом повысит экономическую безопасность государства. Я твердо убежден, что этим процессом нужно управлять. Причем компетентно. Сами собой такие вещи не  решаются.
— Не можем не задать Вам вопрос как руководителю крупного предприятия. Как живет сейчас АО «Конденсат» и его трудовой коллектив?
— Вы знаете здесь — в крупном бизнесе, те же правила  и  аналогичные проблемы. Мы расширили и  модернизировали свой завод  исполнив государственное требование о переходе на  выпуск моторных топлив экологического класса К 5. На эти цели было направлено $ 200 млн  собственных и заемных средств. Мы стали первым в стране производителями бензина экологического класса  К 5, но в жизни оказалось, что сроки такого перехода можно сдвинуть, что и было сделано для больших заводов, которые  не успевали к первоначальному сроку.  Даже сейчас в стране массово производится  бензин  и дизельное топливо  класса К 4, а не К 5, что обесценивает наш труд  и произведенные затраты, а продажная цена топлива, не может их компенсировать.
Тем не менее, мы обеспечиваем нашу  область качественным топливом, которое продается не только на наших  фирменных АЗС, но и в других местных сетях автозаправочных станций. К сожалению, завод работает 5-10 дней в месяц — остальное время простаивает из-за отсутствия рентабельного сырья.  Пока шло строительство второй очереди завода, начатого  в 2012 году, резко изменились условия  работы по сырью. В одностороннем порядке альянс иностранных компаний прекратил поставки карачаганакского конденсата на наш НПЗ. Хотя исторически завод был построен на Карачаганаке для переработки именно этого сырья, что подтверждается  соответствующими  решениями Правительства.
Затем закрылся рынок сырья из России, который полностью покрывал все потребности завода в нем. Правительством РФ  был  введен налоговый маневр, который поднял цену на нефть до мирового уровня. Это классический пример защиты собственного рынка, когда между странами рынок вроде и открыт, но из-за налоговых  противовесов он не работает  и по предлагаемой стоимости купить ничего нельзя. В результате «доступным» остался только рынок других  областей нашей страны. Из-за двух цен на нефть в стране (высокой, экспортной  и более низкой для внутреннего рынка) недропользователи не заинтересованы в увеличении поставок  на внутренний рынок.
Конечно,  оказывают влияние и логистические вопросы. Законодательная норма по обеспечению крупных заводов сырьем, — мы отнесены по классификации Минэнерго именно к ним,  в отношении нашего НПЗ не работает. Тут тоже присутствует избирательный подход. Благодаря руководству  области наша проблема доведена  до сведения администрации Президента и Правительства. Наше предложение о возобновлении  поставок  Карачаганакского конденсата за счет доли Республики в данном проекте, которое предусматривает компенсацию возможных  потерь, находится на  рассмотрении  Минэнерго и мы ожидаем решения. Я и мои коллеги, надеемся, что положительное решение будет принято и мы сможем организовать стабильную работу для своего  коллектива, насчитывающего более 450 человек.
Другое просто не укладывается у меня в голове, ведь наше производство тоже является частью Экономики простых вещей. Важно и то, что вокруг работающего завода, а  также наших проектов развития, среди которых строительство газохимического комплекса, работают и могут работать в будущем, малые и средние предприятия, что в свою очередь приведет к непрерывному процессу производства товаров, работ  и услуг во благо экономики страны и роста благосостояния его граждан.
Справка «Н»  
По итогам ежегодного рейтинга журнала «National Business» в течение 15 последних лет компания входит в сотню крупнейших предприятий Казахстана. АО «Конденсат» – один из крупных отечественных налогоплательщиков, способствующий экономическому развитию и социальной стабильности региона. Наряду с основной деятельностью, АО «Конденсат» активно реализует социальные проекты по поддержке социально уязвимых слоев общества: детей-сирот, детей-инвалидов, обществ инвалидов и ветеранов труда, участников Великой Отечественной войны и многих других. Оказывается материальная поддержка  учреждениям народного образования, культуры, спорта. На протяжении многих лет ведется работа по популяризации бадминтона, открываются соответствующие секции, действуют два отделения, проводятся соревнования всех уровней.
Exit mobile version