№ 19 от 11.05.2016 Общество

Тьма египетская

На диспансерном учете в областном центре психического здоровья состоит 5260 человек, из них 708 находятся в медико-социальных учреждениях для психохроников, а еще порядка 200 человек стоят в очереди на место в МСУ. Дождутся ли они его, одному Богу известно.

Какие проблемы приходится решать родственникам больных с психическими отклонениями, «Н» сталкивается не первый раз. Год назад они забеспокоились из-за перевода специализированной бригады из центра психического здоровья в ГУ «Городская станция скорой и неотложной помощи». Люди не без основания опасались, что при обострении вне стационара своевременно оказать психохроникам специализированную помощь будет сложнее, а это создаст угрозу не только ухаживающим за ними близким, но и окружающим. На этот раз в «Н» обратились дальние родственники пенсионера, который оказался в сложной жизненной ситуации, получил инвалидность с потерей дееспособности, но места для него в МСУ не нашлось. Впрочем, обо всем по порядку.

Когда нагрянула беда

Все 64 года жизни Юрия прошли в родном селе. Отслужив в армии, вернулся в Володарку, работал в колхозе водителем, сварщиком, вырастил сына и дочь. Лет 10 назад случилась беда – после инфаркта он стал инвалидом III степени бессрочно, жена ушла. Вскоре скончались отец, мать, сын, родная сестра и он остался в родительском доме один. Как обычно в таких случаях, нашлись «добрые люди». Иными словами – собутыльники. «Болезнь и одиночество окончательно сломили его, – пишут поднявшие тревогу односельчане. – В последние несколько лет он уже не мог выразить свои мысли и желания, стал хуже видеть, перестал ориентироваться на местности, по ошибке мог зайти в чужой дом, принимая его за свой. Заблудившись, уходил за поселок в сторону леса, потом диким криком просил о помощи. Несколько раз чуть не утонул в озере рядом с домом. Появляясь на улице села в обнаженном виде, пугал не только детей, но и взрослых». В общем, затмение разума и зрения привели Юрия в плачевное состояние.

Понятно, что люди стали его побаиваться, соседи кормили из жалости, поскольку ни приготовить еду, ни распорядиться деньгами он был не в состоянии. Дочь безработная, проживает в другом поселке и имеет на руках несовершеннолетнего ребенка. Приехавшие на помощь кузины были в шоке от увиденного: в доме разбиты все окна, переломана мебель, то есть жить, по сути, бедолаге негде. С помощью акима Трекинского сельского округа, райотделов здравоохранения и  занятости и социальных программ Юрий в ноябре 2015 года был помещен в областной центр психического здоровья, где прошел обследование, лечение и медкомиссию. Между тем, его брошенный деревянный дом может стать приютом для бомжей, но ясно одно – хозяин в него уже не вернется.

В конце января 2016 года он признан инвалидом II группы, требующим постоянного ухода и медикаментозного лечения. В ЦПЗ помогли собрать весь необходимый пакет документов и обратились с ходатайством к руководителям областного управления координации занятости и социальных программ Ж.Г. Имангалиеву (февраль 2016 г.) и Зеленовского РОЗиСП Т.К. Тулепкалиеву (март 2016 г.) с просьбой оказать содействие в его оформлении в медико-социальное учреждение вне очереди. А пока он находится в отделении медсестринского ухода ЦПЗ на хозрасчетной основе. Кузины Юрия сами не молоды, платят по 1300 тенге в день, что для них неподъемно. И это не считая того, что полгода они заняты бесконечным сбором документов, необходимых для помещения больного родственника в интернат.

Пенсию, разумеется, ему по-прежнему начисляют, но распоряжаться ею он не может, поскольку недееспособен, а опекуна пока нет. Если опекунство оформит на себя кто-либо из родственников, то Юрия сразу же выпишут из стационара. Таковы правила. Но взять на себя ответственность за него никто из родни не в состоянии. «Кто хоть раз столкнулся с такой проблемой, тот не будет их осуждать», – считают медработники. Как известно, в Уральске нет ни хосписа, ни учреждения медсестринского ухода, хотя потребность в таковых имеется и разговоры об этом ведутся давно.

При поступлении в МСУ опекуном инвалида становится государство в лице директора данного учреждения. Родственникам Юрия в областном управлении занятости и соцпрограмм сообщили, что в очереди на место в интернате для психохроников стоят около 200 человек и надо ждать. При этом, ходатайство центра психического здоровья проигнорировано. В телефонном разговоре «Н» подтвердили эту информацию, но попросили сделать официальный запрос, на который ответа ждем уже две недели.

МСУ – не панацея

Впрочем, как выяснилось, условия в МСУ далеки от ожидаемых. В частности, Круглоозерновский психоневрологический медико-социальный дом-интернат (КПМСУ), «прославившийся» в январе этого года, представляет собой кладезь организационных и финансовых «чудес». Напомним, что в его стенах произошло ЧП: пока медсестра с санитаркой пытались удержать возбудившегося опекаемого на втором этаже, на первом закричала слепая опекаемая, прося о помощи. Торопясь к ней, санитарка поскользнулась на лестнице и получила травмы, в том числе черепно-мозговую, а не дождавшаяся ее слепая упала с кровати. Однако в происшествии, по версии директора, поддержанной управлением занятости и соцпрограмм, виновата сама санитарка. Об этом писали местные газеты.

Итак, сейчас в Круглоозерновском ПМСУ содержится 357 человек: в трех корпусах по 100 и более опекаемых, еще в одном – более 50 самых тяжелых, среди которых есть лежачие. Большинство из них не могут себя обслуживать самостоятельно, их переводят из детских психоневрологических интернатов по достижении совершеннолетия. Именно этот корпус вызвал шок у побывавшей несколько лет назад в Уральске немецкого специалиста по реабилитации и социализации инвалидов Урсулы БАЙЕР. Она была настолько потрясена увиденным, что условия содержания назвала геноцидом. При этом упрек ее был направлен не медперсоналу, а самой системе. Судите сами, если в детских ПМСУ на обслуживании одной санитарки находится 6-8 опекаемых, то в Круглоозерновском МСУ – 50.

В каждом корпусе в одну смену трудятся одна медсестра, две санитарки палатных и одна санитарка по наблюдению. Смена длится 12 часов, но почему-то два часа считаются перерывом и не оплачиваются, хотя работники не имеют права покидать рабочего места. В ночную смену сделано еще хитрее: два часа перерыва удваиваются и при начислении не учитываются, потому что в ночное время с 22.00 до 6.00 за работу начисляется двойная оплата. Об этой мутной системе рассказали работники МСУ. Поскольку они уже не раз обращались за разъяснениями и в управление занятости и социальных программ, и в прокуратуру, и в профильное министерство, но в результате подвергались гонениям со стороны руководства учреждения, женщины попросили не называть их имен. Честно говоря, названные ими нормативы, утвержденные приказом министра здравоохранения и социального развития РК №165 от 26 марта 2015 года, вызывают оторопь. Но приводить эти цифры мы пока не будем в надежде когда-нибудь дождаться ответа из управления занятости и социальных программ на запрос «Н» с разъяснениями.

На поле «чудес»…

Разногласия части коллектива с администрацией данного учреждения идут давно и об этом и в прокуратуре, и в управлении занятости и соцпрограмм хорошо известно. При этом, как жалуются медсестры и санитарки, нормальных условий для отдыха, а также гарантии их безопасности до сих пор нет. Ведь в ПМСУ содержатся и социально опасные индивиды, отсидевшие за убийства и изнасилования. Бывали случаи, когда они наносили травмы медперсоналу, но это усердно замалчивается, а работники не знают, застрахованы ли они. К тому же весь медперсонал – это женщины, в учреждении нет ни одного санитара-мужчины! «Иногда мы чувствуем себя заложниками и наших опасных опекаемых, и произвола руководства», – признаются они. Но другой работы в поселке нет.

А теперь представьте, что на 100 человек в корпусе в ночное время находятся всего три-четыре медработника. Если возбудился один из опекаемых, начинают волноваться и другие. Успокоить их можно спецмедикаментами, когда они есть. А бывает, что и нет, особенно в начале года. Тогда остается «зафиксировать» больного и держать «на связке» до приезда «Скорой помощи», которую можно ждать часами. Жестоко, спору нет. А что делать? По инструкции к возбудившемуся больному нужно подходить с трех сторон. То есть пока весь наличный персонал занят одним опекаемым, остальные остаются без присмотра. Согласитесь, что это представляет опасность не только для работников МСУ, но и для жителей окрестных населенных пунктов, поскольку психохроники в период обострения бывают очень сильными, хитрыми и агрессивными. Если они выйдут на волю, беда неминуема.

Помимо прочего, в ПМСУ практикуется так называемая трудотерапия. И речь идет вовсе не о мытье полов или стирке своих вещей, то есть самообслуживании. По словам работников учреждения, опекаемых отвозят на пароме на плантации в летний лагерь, где инвалиды работают на жаре полный рабочий день, питание получают там же. Хотя большинству из них, в том числе гипертоникам, эпилептикам, находиться на солнце категорически нельзя. Сопровождают опекаемых несколько человек без замещения их на рабочих местах. А если кто-то из подопечных вздумает сбежать на поле? Или скончается от теплового удара? Или плюхнется в воду и утонет?

Перечисление «чудес» можно продолжить. В редакции есть письмо с подписями более 20 работников Круглоозерновского ПМСУ, где рассказ о «героических подвигах» администрации учреждения занимает шесть страниц. И «подвигов» этих – тьма. Даже если проверкой подтвердится лишь третья часть представленных фактов, то ситуация в этом учреждении катастрофическая. Только вот не передаст ли опять прокуратура это письмо в руки того, на кого и жалуются люди, вместо скрупулезного независимого расследования? Можно предположить, что руководство ПМСУ умудрилось оформить коллективный договор и каким-то образом получить письменное согласие работников на свои действия. А не противоречат ли эти документы законодательству РК? Или для того, чтобы навести порядок в ПМСУ, требуется визит акима области Алтая КУЛЬГИНОВА, как это было в поликлиниках города?

Без просвета…

Мы только что отметили 71-ую годовщину Победы над фашизмом. Так вот, в нацистской Германии с целью «улучшения расы» в группу «непригодных» людей, подлежащих сначала стерилизации, а затем и эвтаназии, попали 200 тысяч умственно отсталых, 150 тысяч душевнобольных людей и эпилептиков, а также люди с физическими уродствами или даже наследственной слепотой и глухотой. Апологеты теории улучшения арийской расы считали неэкономичным содержание «неполноценных» людей. С 1933 года дотации психиатрическим лечебницам были резко сокращены, что поставило их в критическое положение. Врачей и медсестер подталкивали к тому, чтобы они перестали лечить своих пациентов, а в обществе формировали резко негативное отношение к людям с ограниченными возможностями.

То, что происходит сейчас в системе здравоохранения и соцзащиты, вызывает много споров и вопросов. В рассмотренной нами истории заложниками межведомственных нестыковок, бюрократии и, в лучшем случае, безграмотности должностных лиц, становятся больные, их родственники, а также персонал медико-социальных учреждений. А ведь тенденция намечается опасная. Не так ли?

Анна ПАНИЩЕВА

P.S. «Н» готова опубликовать комментарии всех упомянутых в материале госструктур и учреждений.

СПРАВКА «Н»:

Тьма Египетская – девятая из десяти «казней египетских»: «И сказал Господь Моисею: простри руку твою к небу, и будет тьма на земле Египетской, осязаемая тьма». Ветхий завет.

 

ЦИТАТА:

«Ну, нет, – раздумывал я, – я буду бороться с египетской тьмой ровно столько, сколько судьба продержит меня здесь в глуши».

Михаил БУЛГАКОВ, рассказ «Тьма египетская» из цикла «Записки юного врача».

Добавить комментарий

Войти с помощью: